ьно там, где должно было находиться ее
  ушко. По выражению ее лица - сначала испуг, затем крайнее недоверие -
  стало ясно, что у Бруно было свое представление о сладких пустяках, с
  которыми она прежде не сталкивалась.
  
  
   До Крау было всего около двухсот миль, поэтому даже для медленно
  идущего поезда с двумя промежуточными остановками - рейс был коротким. Они
  выехали в темноте и приезжали в темноте, и было еще темно, когда они
  разгружались. И еще было очень холодно. Первым ошеломляющим впечатлением
  от Крау было его суровое гостеприимство. Но когда запасные пути, особенно
  в темноте и холоде, были где-нибудь гостеприимными местами? Запасной путь,
  куда они прибыли, пролегал не слишком удобно: в трех четвертях мили от
  здания цирка, но все сработало с четкой эффективностью и целая армия
  грузовиков, автобусов и частных машин была уже наготове.
   Бруно направился вдоль поезда к группе артистов, стоявших под фонарем
  и пожал им руки. Затем он осмотрелся в поисках своих братьев, но не увидел
  их. Тогда он обратился к стоящему рядом Мальтусу:
   - Вы не видели моих братьев?
   - Нет, - отозвался тот и обратился к присутствующим: - Кто-нибудь
  видел сегодня утром Владимира и Иоффе?
   Когда стало ясно, что никто их не видел, Мальтус повернулся к одному
  из своих ассистентов.
   - Сходи и разбуди, хорошо?
   Паренек быстро ушел. Доктор Харпер и мистер Ринфилд, оба в надвинутых
  шляпах