его в фургон. За
  последующие десять секунд, Макуэло поднял нож и вернулся в укрытие, а Дах
  вновь улегся на мостовой. Бруно нисколько не сомневался в своих
  помощниках. Он даже не удосужился поглядеть, как проходит операция по
  удалению охраны, а ограничился тем, что стал укладывать тела, затыкать рты
  и завязывать глаза. Через шесть минут в фургоне лежало уже пять человек,
  совершенно беспомощных и молчаливых. Трое из них уже пришли в сознание, но
  ничего не могли сделать. Артисты цирка мастера вязать узлы, ведь от этого
  искусства зачастую зависят их собственные жизни.
   Из фургона вышли трое. Кан Дах держал в кармане пару парусиновых
  туфель, а в руках нес небольшой, но массивный ломик. У Бруно был фонарик,
  с плеча свисал полиэтиленовый сверток с кусками разборного щита, а в
  кармане находился пакет со всем необходимым. Макуэло, помимо набора
  метательных ножей, нес с собой кусачки с надежно заизолированными ручками.
  Взрыватели для аматола Бруно оставил в фургоне.
   Они прошли по переулку на восток. Неожиданно появилась предательская
  луна и их стало видно, как на ладони, но несмотря на это, они продолжали
  движение вперед, ведь у них не было другого выбора, хотя их груз мог
  показаться постороннему наблюдателю не совсем обычным. К тому времени,
  когда они достигли энергостанции, находящейся в трехстах футах от тюремной
  стороны Лабиана, луна снова скрылась за облаками. Охранниками