овек. Я понимаю, что так говорить жестоко, но человечество
  прекрасно обойдется и без него.
   - Знаешь, почему за мной пришел доктор Харпер? Он утверждал, что из
  его купе в поезде пропали передатчик и ленты, - промолвила Мария.
   - Так оно и есть. Их выкрал Росбак. Нельзя доверять этим американцам.
   - Ты не очень-то мне доверял, не больно-то все рассказывал, - в ее
  голосе не было упрека, лишь понимание. - Но, может быть, ты расскажешь,
  что будет, когда доктор Харпер очнется?
   - Мертвые не оживают, во всяком случае, на этой планете.
   - Мертвые?
   - Эти ампулы начинены смертельным ядом. Думаю, что это кураре.
  Предполагалось, что я прикончу кого-нибудь из охраны. К счастью, я
  использовал его на собаке, и она мертва.
   - Убьешь охранника?
   - Тогда на меня и на Америку легло бы черное пятно, если бы я убил
  кого-нибудь из охраны и меня при этом схватили... У людей такого сорта,
  как Харпер и Сергиус, нет ни души, ни сердца. Они могут прикончить даже
  своих родителей, если это послужит их целям. Между прочим, ты тоже должна
  была погибнуть. Харпер проинструктировал меня не стрелять ампулами в Ван
  Димена под предлогом его больного сердца. Но бог видит - теперь у него
  действительно с сердцем все в порядке. Харпер всадил ему пулю, - он
  посмотрел на Марию. - Ты знаешь, как управляться с передатчиком? Он у
  Росбака в мешке. - Она кивнула. - Тогда передай условный