нди в руках и продолжал дрожать. Бруно от
  предложенного успокоительного средства отказался. Молчание прервал
  Адмирал:
   - У вас в цирке есть враги?
   - Враги? В цирке? - Ринфилд явно был захвачен врасплох. - Слава Богу,
  нет. Вам это покажется странным, но мы действительно одна большая
  счастливая семья.
   - Враги в другом месте?
   - Каждый преуспевающий человек имеет недоброжелателей. Разного пола и
  разного рода. Ну, тут и соперничество, и конкуренция, и зависть. Но враги?
  - он почти с ужасом взглянул на тело Пилгрима и содрогнулся. - Таких у нас
  нет.
   Ринфилд минуту помолчал, затем взглянул на Адмирала с выражением
  близким к обиде, и когда снова заговорил, в его голосе слышалась дрожь:
   - А почему вы задаете мне подобные вопросы? Меня они не убили. Они
  убили мистера Пилгрима.
   - Есть взаимосвязь, Фосетт?
   - Есть. Я могу говорить прямо, сэр?
   - Я ведь уже извинялся.
   - Ну, есть телефонные кабины и безответственные редакторы...
   - Не валяйте дурака. Я уже за это извинялся.
   - Да, сэр, - Фосетт покопался в памяти, но извинений не припомнил. Но
  на этом не стоило заострять внимание. - Как вы сказали, сэр, взаимосвязь
  есть. А так же имеется и утечка информации, и она может быть где-то в
  нашей организации. Как я говорил, сэр, и как я объяснял этим господам,
  совершенно ясно, что Пилгрим был убит кем-то хорошо ему знакомым. В этой
  утечке не должно