Фосетта, бросив их на носилки. В маленькой
  группке, стоявшей отдельно от других, находились Мальтус - дрессировщик
  тигров, Бейбацер - укротитель львов, и Бруно - трое вошедших в клетку и
  вытащивших куски Фосетта. Ринфилд повернулся к Адмиралу, которому он
  позвонил первому, и который с самого прибытия не побеспокоился объяснить
  свое присутствие или кто он такой, и никто из полицейских не обратился к
  нему за разъяснениями, но это и понятно. Кое-кто из полицейских чинов
  приказал: "Не подходите к этому человеку".
   - Боже мой, кто мог сделать такую ужасную вещь, сэр? - спросил
  Ринфилд.
   - Очень сожалею, мистер Ринфилд, - это было нехарактерно для Адмирала
  сожалеть о чем-либо. - Извините за все. Извините за Фосетта, одного из
  способнейших моих заместителей и чудесного человека. Извините за то, что я
  вовлек вас в эту страшную историю. Это такой род рекламы, без которой
  обошелся бы любой цирк.
   - Черт с ней, с рекламой! Кто, сэр, кто?
   - Мне нужно извиниться и за себя, - Адмирал тяжело пожал плечами. -
  Кто? Вероятно, тот же самый или те же самые, кто ликвидировал Пилгрима,
  если ваши предположения кто они аналогичные моим. Одно можно сказать с
  уверенностью, что они - кто бы они ни были - знали, что он придет сюда,
  иначе им не нужно было бы заставлять молчать сторожа, который должен
  благодарить судьбу, что не оказался в клетке вместе с Фосеттом. Возможно,
  это