х правил. Теперь стало ясно, что жизнь в
  резервации, опутанная множеством традиций, привела к раздвоению ее натуры
  - приученная держать в узде эмоции, Натома преображалась в интимной
  обстановке, когда можно было расслабиться и показать свой скрытый душевный
  мир. Она на глазах становилась беспечной веселой резвушкой. Да и трудно не
  перенять у шизонутого Гиня хоть часть его буйной непосредственности -
  плотно пообщавшись с ним даже совсем недолгое время.
   Внезапно Натома поднесла палец к губам, призывая меня к тишине и
  осторожности. Я замолчал и прислушался. Она на цыпочках пробежала ко входу
  в вигвам, словно надеялась поймать шпиона. Если кто и шпионил, так это
  волк Секвойи. Вне сомнения, зверь был поставлен на страже заботливым
  М'банту.
   Натома расхохоталась, направилась к обтянутому кордовской цветной
  дубленой кожей сундуку с приданым и открыла его с такой осторожностью,
  словно там могла быть бомба. Затем жестом подозвала меня. Я заглянул
  внутрь и увидел именно то, что ожидал увидеть: домотканое покрывало. Моя
  женушка сорвала покрывало, и я обалдел от неожиданности.
   Там, на черной замше, покоился полный сервиз на двенадцать персон,
  некогда принадлежавший королевской фамилии, - восемнадцатый век, севрский
  фарфор. Веками считалось, что ни один полный комплект подобных сервизов не
  сохранился, и в нашу эпоху такой сервиз нельзя было приобрести и за 14,917
  процентов