который работает на
  Экстро. А может, он и с Угадаем сотрудничает?
   - В это невозможно поверить...
   - Цепочка аргументов, которые выстраивает Грек, безупречна. К тому же
  дедуктивные способности никогда его не подводили. Поэтому я твердо уверен:
  один из нашей Команды объявил нам войну.
   - Кто?
   - Откуда мне знать. Ты прав, Борис: крайне неприятно, что
  новоприобретенный член Команды оказался в преступном союзе с Экстро.
  Неприятно, но от этого волосы дыбом не встают. А вот прибавь к этому
  изменника из Молекулярных, веками копившего знания, опыт и деньги, а
  теперь объятого лютей ненавистью к Команде, - и все внутри тебя
  перевернется от ужаса, ты испытаешь ту же панику, что и я. Вот почему я не
  хочу соваться в эти жуткие дела. У нас в Команде есть ребята с сердцами
  бесстрашных героев. Им и карты в руки. А я, извините, предпочитаю
  отсиживаться в щели, чем я в данный момент и занят.
   - И долго ты намерен отсиживаться? А твоя жена?
   - Что моя жена?
   - Тебе-то что, ты можешь и триста лет сидеть тараканом за печкой. А
  вот она - другое дело.
   - Ах ты сукин сын! Как язык у тебя не отсохнет! Так или иначе, мой
  ответ остается прежним. Я не намерен связываться ни с кем из них - ни с
  Секвойей, ни с Экстро, ни с третьим. Я не герой.
   - Тогда идти я один, - мрачным голосом произнесла Натома. - Борис,
  пожаловаста, брать меня Мексифорния