ерью. Как бы не натворил каких
  делов. Хобот у него крепкий, а мозги куриные. Открой-ка вторую створку.
  Гинь.
   Я полностью распахнул двери, и принцесса провела современного
  мастодонта в прихожую. Тут я понял, что мозги у него и впрямь куриные, -
  за те несколько минут, что он пробыл один, с ним уже случилось
  приключение: у него не хватило ума отогнать хулиганов, и они - с помощью
  баллончика с краской - вывели у слона на боку несколько непристойностей.
  Сабу захрюкал, заластился к Благоуханной Песне, коснулся ее кончиком
  хобота и успокоился. Затем прошел в большую комнату. Треск, грохот - и
  животина исчезла. Пол под Сабу провалился, и он застрял в подвале - трубя,
  как сумасшедший. Из гостиной, превращенной в бассейн, донеслись громкие
  звуки другого рода, но не менее душераздирающие.
   - Ах, нынче совсем разучились строить добротные дома, - щебетнула
  принцесса, и затем осведомилась у меня: - Что это за вопли в гостиной?
   Объяснять не пришлось. Оттуда появился капитан Немо - мягко
  выражаясь, с его ширинкой тоже не все было в порядке.
   - Что здесь происходит, черт побери? - проорал он. - О, принцесса!
  Рад приветствовать. Гинь, вы до смерти напугали бедняжку Лауру! Она
  совершенно очумела от страха! Нельзя же так обращаться с чувствительной
  девочкой!
   - Я тут ни при чем. Немо. Это все Сабу. Он слегка провалился в
  подвал.
   Немо