олизма в их организмах
  будет чрезвычайно медленным и займет несколько суток. Так что, как ни
  жаль, вы не сможете сразу поговорить с ними. Впрочем, им нечего
  рассказать. Для них время останавливалось - этих двенадцати недель как бы
  не существовало. А теперь, господа, я готов ответить на любые вопросы.
   Его засыпали обычными вопросами, которые задают непрофессионалы. Где
  пролегала траектория полета капсулы с крионавтами? (В плоскости орбиты
  Земли. Внимательней читайте выданную вам брошюру.) Как зовут крионавтов,
  кто они по профессии? (Вся информация имеется в брошюре!) Как вы лично
  оцениваете степень риска данного эксперимента? (Как допустимую.) И так
  далее.
   Наконец вопросы иссякли. Угадай оглядел трибуны и сказал:
   - Остается три минуты. Есть еще вопросы?
   - Да! - выкрикнул я. - Что такое Кровавая Мэри?
   Он нашел меня глазами, испепелил взглядом и повернулся к Фе.
   - Открыть небо!
   Фе нажала что-то на пульте, и створы крыши над сценой разошлись.
   - Включить кинетическую ловушку.
   Фе кивнула и стала производить необходимые операции, прикусив зубками
  кончик языка. Она даже побледнела от усердия и напряжения.
   Мы ждали, ждали, ждали, пока на панели управления не включился
  громкий зуммер.
   - Есть контакт, - тихо произнес Угадай. Теперь он сам взялся за ручки
  управления, рассеянно поясняя публике: - Итак, сразу после попадания
  корабля