собенно про блевотину, - принялся
  уверять Тедди. - Вот только конец маленько подкачал.
   - Да, - согласился Верн, - то, как всех там вывернуло наизнанку, было
  великолепно. А насчет конца Тедди прав.
   - Ладно, пусть будет так, - вздохнул я.
   Крис поднялся: пора было трогаться в путь. Было еще совсем светло, и
  небо продолжало сиять какой-то пронзительной голубизной, однако тени
  сильно удлинились - дело шло к вечеру. Ребенком, помнится, мне всегда
  казалось, что вечера на исходе лета наступали как-то уж слишком
  неожиданно, совсем не так, как, скажем, в июне, когда и в половине
  десятого было еще совсем светло.
   - Который час, Горди? - спросил Крис.
   Взглянув на часы, я поразился: уже шестой...
   - Да, пора, - заторопился и Тедди. - Нужно разбить лагерь засветло,
  чтобы успеть собрать дров. К тому же я проголодался.
   - Ладно, начнем устраиваться на ночлег в половине седьмого, - решил
  Крис. - Возражений нет?
   Их не было. Мы двинулись в путь, но уже не по шпалам, а по щебенке
  возле рельс. Река вскоре осталась далеко позади, так, что ее и слышно уже
  не было. То и дело приходилось хлопать себя по лицу и шее, отгоняя
  комаров. Впереди теперь шли Верн и Тедди, оживленно обсуждая содержание
  последних выпусков комиксов, а Крис, засунув руки в карманы, двигался со
  мною рядом. Рубашка, все еще повязанная на поясе, хлопала его по бедрам и
  коленям, словно фартук.
   - Я слямзил у папаши несколько