ольше и не помышлял. Мы все
  вчетвером сбились в плотную кучку, и, наверное, не только у меня
  промелькнула мысль о бегстве. Так бы мы, скорее всего, и поступили, если
  бы заночевали у Верна в поле, как сказали предкам, но теперь Касл-рок был
  черт-те где, а от одного воспоминания о мосте через реку, который к тому
  же придется переходить в темноте, кровь застывала в жилах. Точно так же
  немыслимо было бежать в другую сторону, туда, где лежал труп Рея Брауэра.
  Таким образом, мы очутились в ловушке, и если это чудище в лесу
  намеревается до нас добраться, то помешать ему не сможет ничто...
   Крис предложил установить посменное дежурство, и мы с ним
  согласились. Дежурить первым выпало Верну, а мне - последним. Верн уселся
  по-турецки поближе к костру, а остальные снова залегли, тесно прижавшись
  друг к другу.
   Я был абсолютно уверен, что уснуть больше не удастся, и тем не менее
  уснул, вернее, задремал, готовый в любой момент вскочить и броситься
  бежать. Мне чудились кошмарные вопли, а один раз я увидел, - хотя, скорее,
  это показалось - как среди деревьев промелькнуло что-то бесформенно-белое,
  вроде простыни. Потом я куда-то провалился, и мне приснился пляж в
  Брунсуике, тот самый, где Тедди видел чуть не потонувшего парнишку,
  который, ныряя, ударился обо что-то головой. Пляж был на озерце,
  образовавшемся на месте карьера, где когда-то добывали гравий, и мы с
  Крисом любили ездить туда