вылилось в
  утомительный, тяжелый и, не исключено, опасный поход. Кроме того, нас,
  наверное, уже начали разыскивать, и если Майло Прессман и не вызвал
  полицию, это вполне мог сделать машинист поезда, с которым мы едва
  разминулись на мосту через Касл-ривер. Обратный путь до Касл-рока мы
  намеревались проделать на какой-нибудь попутке, однако часам к семи уже
  должно было стемнеть, а после наступления темноты поймать попутку, да еще
  в такой пустынной местности, нечего было и пытаться.
   Я попробовал вызвать перед глазами образ "моего" оленя, щиплющего
  травку, но и это не принесло облегчения. Положение наше было отчаянным.
   - Лучше, несмотря ни на что, двигаться вперед, - вывел нас из
  оцепенения Крис. - Так что пошли.
   Он повернулся и, опустив голову, побрел по рельсам в своих покрытых
  пылью кроссовках. Минуту мы раздумывали, а затем, растянувшись цепочкой,
  последовали за ним.
  
  
  
   24
  
   Удивительно, но за все долгие годы, миновавшие с тех памятных дней на
  исходе необыкновенно жаркого лета, я крайне редко предавался размышлениям
  о них, потому, наверное, что они неизменно вызывают у меня ассоциации
  столь же неприятные, как, например, зрелище утопленника, выброшенного на
  берег после недельного пребывания под водой. В результате я никогда не
  подвергал сомнению наше решение продолжить путь, точнее, не правильность
  этого решения, а то, как оно было принято.