оих.
   - Ну, хорошо. - "Туз" обращался к одному лишь Крису. - Но не надейся,
  гаденыш, что это так вот сойдет тебе с рук.
   - Еще как сойдет, - возразил ему Крис.
   - Ты, говнюк! - внезапно заорал "Глазное Яблоко". - Ты даже
  представить себе не можешь, что тебе за это будет.
   Крис оставался невозмутим:
   - Поцелуй меня в задницу.
   "Глазное Яблоко" с глухим рычанием двинулся к брату. Пуля ударила в
  лужу футах в десяти впереди него, взметнув фонтанчик брызг. "Глазное
  Яблоко", отскочив, выругался.
   - И дальше что? - осведомился "Туз".
   - Дальше вы сядете в свои тачки и уберетесь отсюда назад, в Касл-рок.
  Иначе я за себя не отвечаю. Его, - Крис осторожно, почти благоговейно
  тронул тело Рея Брауэра носком кроссовки, - его вы не получите, это точно.
  Вы меня поняли?
   - Ну, погоди же... - К "Тузу" вернулась его ухмылочка. - Неужели ты
  не понимаешь, что мы тебя достанем, и очень скоро?
   - Может, да, а может, нет...
   - Доста-а-нем, - ухмыляясь, протянул "Туз". - И вот тогда, приятель,
  тебе придется по-настоящему хреново. Тебе будет больно, очень больно... Не
  могу поверить, что до тебя это не доходит. Больница, куча переломов - все
  это я тебе обещаю. Клянусь мамой...
   - Ты лучше поспеши домой - потрахаться со своей мамой. Она, говорят,
  обожает, когда ты ее трахаешь.
   "Туз" не то что побледнел, а как-то посерел:
   - Ну, все, парень, считай - ты труп. Чтоб кто-то сказал о моей матери
  такое...