ва. Весил
  новорожденный целых восемь фунтов [примерно 3,6 кг] и, по словам отца,
  достиг бы пятнадцати, если бы подождал до срока. Несколько озадаченный
  доктор сказал тогда: что ж, иногда матушка-природа вводит нас в
  заблуждение, но теперь-то уж точно детей у вас не будет, так что
  благодарите Бога за этого и на том успокойтесь. Десять лет спустя мама
  забеременела мной и не только доносила меня до срока, но при родах
  пришлось даже применить щипцы. Забавная у нас семейка, правда? Родителям
  уже пришла пора внуков нянчить, а они заводят еще одного спиногрыза...
   Они и сами понимали всю нелепость ситуации, и одного Божьего
  подарочка им вполне хватило. Нельзя сказать, что я был нелюбимым сыном, и
  уж конечно, они никогда меня не колотили. Просто я стал для них в
  некотором роде сюрпризом, а люди после сорока, в отличие от
  двадцатилетних, сюрпризы, да еще такие, жалуют не очень. Чтобы избежать
  еще одного, мама после моего рождения сделала операцию, на сто процентов
  дающую гарантию от "даров Господних"... В школе я понял, как мне повезло,
  что акушер при родах применил щипцы: родиться с опозданием, оказывается,
  гораздо хуже, чем недоношенным. Яркий тому пример - мой дружище Верн
  Тессио. И папа, кстати, был того же мнения.
   Я полностью осознал, каково это - ощущать себя пустым местом, когда
  мисс Харди уговорила меня написать сочинение по "Человеку-невидимке".
  Уговаривать,