дождем... Остатки давно увядшей, прошлогодней травы,
  пластмассовая игрушка, брошенная Билли, старые, ржавые грабли... Чуть
  поодаль - "додж" его брата Джонни с торчащими, словно обрубки, колесами
  без шин. Сколько раз Джонни катал его, тогда еще пацана, на этой тачке. По
  дороге они с братом слушали последние суперхиты и старые шлягеры, которые
  беспрерывно крутили на местной радиостанции - приемник был всегда настроен
  на волну Хьюстона, - а раз или два Джонни угостил Чико баночным пивом.
  "Неплохо бегает старушка, а, братишка? - с гордостью говорил Джонни. - Вот
  подожди, поставлю новый карбюратор, тогда вообще проблем не будет".
   Сколько воды утекло с тех пор...
   Шоссе 14 вело к Портленду и далее в южный Нью-Гемпшир, а если у
  Томастона свернуть на национальную автостраду номер один, то можно
  добраться и до Канады.
   - Стад-сити, - пробормотал Чико, все так же уставившись в окно. Во
  рту у него дымилась сигарета.
   - Что-что?
   - Так, девочка, ничего...
   - Чико, - снова позвала она. Нужно ему напомнить, чтобы сменил
  простыни до возвращения отца: у нее начинались месячные.
   - Да?
   - Я люблю тебя, Чико.
   - Не сомневаюсь.
   Март, грязный, дождливый, гнусный месяц март... Дождь со снегом там,
  на улице, дождь капает по ее лицу, по ее отражению в окне...
   - Это была комната Джонни, - внезапно проговорил он.
   - Кого-кого?
   - Моего брата.
   - А-а... И где же он сейчас?
   -