и слышно все
  великолепно... "Я не смогу с ней ничего поделать, - оправдывался Джонни
  перед Чико. - Ведь я прекрасно понимаю, что будет с ним, если он узнает.
  Но, видишь ли, я просто не в состоянии вовремя остановиться, она же этого
  и не желает. Ты понял, что я имею в виду, Чико? Конечно, понял, ты же ее
  знаешь. Это Билли пока еще мал для таких дел, но ты-то уже взрослый..."
   Да, я знал ее и, разумеется, все понимал. Так или иначе, Джонни пошел
  работать на автодром. Отцу он объяснил это решение тем, что там он сможет
  по дешевке доставать запчасти для своего "доджа". Ну, а потом "мустанг"
  убил Джонни. Нет, не "мустанг" его убил, а эта сучка мачеха, таи что
  давай, старый драндулет, бывший когда-то "бьюиком", кати себе в Стад-сити
  и не глохни по дороге... Вот только бы еще избавиться от постоянно
  преследовавшего его запаха паленой резины, да от кошмарного видения
  кровавой массы, бывшей его братом Джонни, расплющенной между "мустангом" и
  "шеви", с торчащими из дыр в белой футболке сломанными ребрами, от
  ослепительно-белого столба огня, взметнувшегося ввысь, от неожиданно
  резкой бензинной вони...
   Чико изо всех сил жмет на тормоз, распахивает дверцу и, сотрясаемый
  судорогами, выблевывает противную желтую массу в снег и грязь. Потом еще
  раз и еще... Мотор готов уже заглохнуть, но Чико вовремя жмет на стартер.
  Тело его дрожит. Мимо проносится новенький белый "форд", обдавая "бьюик"
  грязной водой из громадной