а к полудню, даже с настежь распахнутыми
  окнами, она наверняка поднимется до ста десяти. Хорошо, что мне сегодня не
  придется спать тут, в этой душегубке. Сама мысль о предстоящей экспедиции
  привела меня в радостное возбуждение. Я сдернул с постели пару одеял,
  свернул их и при помощи ремня соорудил нечто вроде солдатской скатки.
  Затем пересчитал оставшиеся деньги - получилось шестьдесят восемь центов.
  Теперь я был полностью готов.
   Спуститься я решил по задней лестнице, чтобы лишний раз не встретить
  старика, однако эта предосторожность была напрасной: отец все еще
  разбрызгивал бесполезную уже влагу в саду, задумчиво уставясь на
  сотворенную им радугу.
   Пройдя по Летней улице, я пересек пустырь и вышел к Карбайн - туда,
  где теперь находится редакция касл-рокского "Зова". К тротуару подрулила
  машина и из нее вылез Крис со скаутским рюкзаком в одной руке и такой же,
  как у меня, скаткой из одеял в другой.
   - Благодарю, мистер, - бросил он водителю, подбегая ко мне. На шее у
  него болталась скаутская фляга. Глаза Криса блестели.
   - Ух, Горди, что я тебе сейчас покажу! - возгласил он.
   - Что же?
   - Пойдем-ка вон туда, - он указал на узкое пространство между
  ресторанчиком и касл-рокским универмагом.
   - Да что случилось, Крис?
   - Пойдем, говорю тебе!
   Он бросился в переулок, и после секундного размышления я последовал
  за ним. Проход между двумя зданиями сужался, оканчиваясь громадной