ереставая хохотать, каким-то образом поймал его и умудрился сунуть назад
  в рюкзак. Свернув на Карбайн-стрит, мы перешли на шаг: бежать по такой
  жаре, сломя голову, было невмоготу, к тому же выглядели мы слишком
  подозрительно. Криса все еще разбирал смех.
   - Поглядеть бы тебе в тот момент на свою физиономию, дружище! - Он
  остановился, хохоча и хлопая себя по ляжкам. - Зрелище на миллион
  долларов, ей-Богу!
   - Зараза, вот ты кто! Признайся, ведь ты знал, что он заряжен?! Из-за
  тебя я теперь влип: эта сучка Таппер наверняка меня узнала.
   - Глупости, она подумала, что это всего лишь хлопушка. К тому же ты
  отлично знаешь, что она не видит дальше собственного коса. Воображает, что
  очки испортят ее миленькую мордаху. Ха, будто такую харю можно чем-то еще
  испортить!
   Крис согнулся пополам от нового взрыва хохота.
   - Да наплевать мне на ее харю! Учти, Крис, это тебе даром не пройдет.
   - Да ладно, Горди, успокойся. - Он обнял меня за плечи. - Вот те
  крест на пузе, я и понятия не имел, что он заряжен! Клянусь матушкой! Я
  взял его из папашиного стола, а он, прежде чем положить его туда, всегда
  вытаскивает обойму. На этот раз он, вероятно, был в этот момент слишком
  накачан.
   - Ты правда не заряжал его?
   - Конечно, нет.
   - Клянись, что если ты мне врешь, то твоя мать будет гореть в аду.
  Ну, клянешься?
   - Клянусь.
   Перекрестившись, он трижды сплюнул через левое плечо. Физиономия у
  него