по его щекам текли слезы.
   - Эрни, с тобой все в порядке? - спросил я.
   Мне пришло в голову, что если не врали мои глаза, то среди прощавшихся ни
  один не плакал, и если бы Ролланд Д.Лебэй знал, что Эрни Каннингейм окажется
  единственным человеком, кто прольет слезы во время его краткой траурной
  церемонии на малоизвестном кладбище в Западной Пенсильвании, то он бы на
  пятьдесят баксов сбавил цену за свой дерьмовый автомобиль. И даже после
  этого Эрни пришлось бы заплатить долларов на сто пятьдесят больше, чем он
  стоил на самом деле. Он вытер слезы руками и хрипло произнес:
   - Все прекрасно. Мне нужно подойти к его брату. Брат Лебэя стоял с флагом
  под мышкой и тихо переговаривался с двумя бывшими военными, с виду
  походившими на легионеров. Он был одет в костюм человека, давно забывшего о
  постоянном источнике доходов. Его брюки были вытянуты на коленях, пиджак
  поблескивал на локтях. Галстук был помят внизу, а на воротнике сорочки
  красовалась желтая полоса.
   Он оглядел нас с головы до ног.
   - Извините, пожалуйста. - сказал Эрни. - Если не ошибаюсь, вы брат
  мистера Лебэя?
   - Да, это я. - Он посмотрел на Эрни вопросительно и, как мне показалось,
  несколько воинственно.
   Эрни протянул руку.
   - Меня зовут Арнольд Каннингейм. Я немного знал вашего брата. Не так
  давно я купил у него автомобиль.
   Когда Эрни протянул руку, Лебэй автоматически вытянул свою - к обмену
  рукопожатием