шком выступающих нижних губ или слишком острых
  носов.
   Несколько ребят пробовали к ней подступиться, но возвратились ни с чем.
  Почему-то все решили, что у нее была связь с каким-то парнем в Массачусетсе
  и что она вовремя уехала оттуда. На двух из трех общих с Эрни уроках я видел
  и Ли; я только ждал подходящего случая, чтобы сделать свои собственные шаги.
   Теперь, безучастно наблюдая за тем, как Эрни доставал домашнее задание, а
  она его аккуратно переписывала, я подумывал, не поздно ли мне пытаться
  использовать свой шанс. Затем я усмехнулся про себя. Эрни Каннингейм, Пицца
  с Ушами, и Ли Кэйбот Это было просто смехотворно. Это было...
   Затем я перестал усмехаться про себя. В третий - оставшийся у меня в
  памяти раз - я заметил, что Эрни с ошеломляющей быстротой избавлялся от
  забот, которые ему раньше доставляла его кожа. Нарывы исчезли. Кое-где от
  них остались маленькие точечные шрамы, но сейчас у этого парня было почти
  чистое, сильное лицо - одно из тех, для которых шрамы не имеют большого
  значения.
   Ли и Эрни исподтишка изучали друг друга, а я исподтишка изучал Эрни, не
  понимая, когда именно и каким образом произошло это чудо. Из окон падал
  яркий солнечный свет, отчетливо выделявший черты его лица. Он выглядел..,
  старше. Как если бы вывел многочисленные нарывы и язвочки, не только
  регулярно умываясь и втирая специальные кремы, но и каким-то удивительным
  способом переведя стрелки