бы не приблизился к ней,
  если бы все так не изменилось. Или я просто должен так чувствовать.
   - Пойдем, Эрни, а то нам не достанется ни одного свободного места на
  трибунах, - по-женски саркастично заметила Ли.
   Эрни улыбнулся. Ли все еще держала его ладонь; он был бы не против, если
  бы она обняла его. Почему нет? Будь я на его месте, с моим первым опытом
  общения с живой девочкой, я бы - три против четырех - уже занимался любовью
  с ней. Я не желал ему ничего, кроме удачи с ней. Если кто-то заслуживал
  немного счастья, то это был Эрни.
   Тренер Пуффер окликнул меня, и я вместе со всей командой пошел в
  раздевалку, а Эрни и Ли направились к трибунам. На полпути я остановился и
  решил вернуться к Кристине. Приближаясь к ней, я описал довольно большой
  полукруг: у меня все еще было предубеждение, что лучше не находиться у нее
  спереди.
   Над задним бампером я увидел металлическую пластинку на пружинах,
  изображавшую знак торгового агента Пенсильвании. Откинув ее, я прочитал
  надпись с обратной стороны: СОБСТВЕННОСТЬ ГАРАЖА ДАРНЕЛЛА, ЛИБЕРТИВИЛЛ,
  ПЕНС., США.
   Я поставил пластинку на место и нахмурился. Дарнелл дал ему наклейку на
  ветровое стекло, потому что машина была еще очень далека от официального
  разрешения на эксплуатацию; Дарнелл одолжил ему знак торгового агента, чтобы
  он мог привезти Ли на матч. Дарнелл так же перестал быть "Дарнеллом" для
  Эрни; сегодня он был "Уиллом".