з (как
  сегодня, когда Эрни плавно и бережно вел "фурию" вниз по скользкой дороге)
  она чувствовала, что двое из них - Эрни и Кристина - разыгрывали грубую,
  непристойную пародию на акт любви. Ибо Ли не ощущала, что ехала с Кристиной:
  когда она добиралась куда-нибудь с Эрни, то ощущала себя поглощенной
  Кристиной. И целовать его, заниматься любовью с ним казалось еще худшим
  извращением, чем эксгибиционизм, - это было как заниматься любовью в теле
  соперницы.
   И самым по-настоящему безумным было то, что она ненавидела Кристину.
   Ненавидела и боялась. В последнее время она не любила ходить перед ее
  новой радиаторной решеткой или слишком близко к заднему бамперу; у нее
  появились смутные мысли о том, что рычаг тормоза по каким-то причинам может
  оказаться в нейтральном положении. У нее никогда не было таких мыслей об их
  семейном седане.
   Но самым главным было то, что она не хотела иметь ничего общего с этой
  машиной.., не хотела никуда ездить на ней - даже с Эрни. За ее рулем он
  казался совсем другим человеком, и она его по-настоящему почти не знала. Ей
  нравилось ощущать руки Эрни у себя на теле - на груди, на бедрах (она еще не
  позволяла ему проникать в более сокровенное место, но подспудно желала,
  чтобы его руки проникли туда). Его ласки возбуждали ее. Но в машине они
  казались грубыми.., может быть, в ней Эрни выглядел менее страстным и более
  похотливым, чем был на самом деле.
   Когда