Дарнелл повернулся ко мне. Он был одет в матросскую блузу и брюки цвета
  хаки. Складки жира свисали над ремнем и под подбородком.
   - Детка, - произнес он своим скрипучим голосом, - если это ты продал ему
  такой кусок дерьма, то тебе должно быть стыдно за себя.
   - Это не я продал. - По какой-то абсурдной причине я решил, что должен
  был оправдываться перед этим жирным боровом, как не оправдывался даже перед
  собственным отцом. - Я пробовал отговорить его.
   - Тебе нужно было быть настойчивей.
   Он пошел туда, где стояла машина Эрни. Несмотря на астму, Дарнелл
  двигался плавной, почти женственной походкой человека, который долгое время
  страдал от излишнего веса и подобную перспективу видел перед собой в
  будущем. И, несмотря на астму, он принялся орать на Эрни, когда тот еще не
  успел повернуться к нему лицом.
   Как ребята, курившие в школьных коридорах, как Ральф с Бэйзн-драйв и как
  Бадди Реппертон (боюсь, нам скоро придется поговорить о нем), он сразу
  невзлюбил Эрни - это была, так сказать, ненависть с первого взгляда.
   - Эй, какого хрена ты снова пригнал свой драндулет, да еще без шланга? -
  кричал он. - Еще раз, и тебя здесь больше не будет, ясно?
   - Да, - Эрни вобрал голову в плечи. На этот раз у него не было сил
  сопротивляться. - Я... Дарнелл не дал ему договорить.
   - Тебе нужен шланг для выхлопных газов, он стоит два пятьдесят в час,
  если заплатишь вперед. И я скажу тебе кое-что