Стриммер Брук,
  увидел пару ног, торчащих из высокой травы на южной стороне дороги N_ 35.
  Он побежал домой и сказал об этом матери. Она позвонила в офис шерифа.
  Шейла Бригхем передала сообщение Алану Пэнборну и Норрису Риджуику. Шейла
  соблюдала протокол и не упомянула никаких имен в открытом эфире (вместо
  чего всегда использовались всевозможные названия из мира животных), но
  Алан по ее опечаленному голосу сразу понял, что даже она догадалась, чьи
  это ноги.
   Единственным приятным событием этого утра было то, что Норрис
  закончил опустошение своего желудка до прибытия Алана и остановился на
  северной стороне дороги, подальше от тела и любых возможно имевшихся
  следов вокруг него.
   - Что теперь? - спросил Норрис, прерывая раздумье шерифа.
   Алан тяжело вздохнул, и от этого вздоха взлетели насекомые,
  привлеченные тем, что осталось от Хомера. Это было проигрышным делом. -
  Теперь я должен идти к Эллен Гамаш и сообщить ей, что она стала вдовой с
  этого утра. Ты останешься здесь у тела. Постарайся не подпускать к нему
  мух.
   - Но почему, шериф? Их здесь полным-полно. А он...
   - Мертв, да, я это вижу. Я не знаю почему. Потому что мне кажется,
  что это будет правильно. Мы не сможем его оживить, но, по крайней мере,
  защитим от загаживания мухами то место, где раньше был его нос.
   - О'кей, - сказал Норрис мрачно. - О'кей, шериф.
   - Норрис, как ты думаешь, сможешь ли ты звать меня "Алан"