обратной стороны стекла возникла рослая
  фигура в форме офицера гестапо. "Донесла, колабрационистка, шлюха", - подумал
  Журавлев, уже успевший испытать к Божене нечто, похожее на сексуальную
  симпатию. Однако бежать было поздно.
  - Проходите, Божена ждет Вас, - сказал немец, улыбнувшись Коле, как старому
  знакомому. - Посидите, она скоро спустится, а я пойду приготовлю кофе.
  Немец исчез за малозаметной дверцей, врезанной в панель стены.
  "Вероятно, это е„ любовник", - решил Коля, постепенно обретающий внутреннее
  равновесие. Он достал бутылку вина и поставил е„ на стол.
  - Доброе утро, - услышал Коля и поднял голову. По лестнице спускалась хозяйка,
  она была в длинном шелковом халате и ночных туфельках.
  - Доброе утро, - ответил ей Коля, подавая руку.
  - Вы приготовились к серьезному разговору? - спросила она.
  - Да, вполне, только сначала я бы хотел ещ„ раз взглянуть на книгу.
  Никогда бы я не заплатил ей никакие деньги при этой нацисткой физиономии. А
  может, она просто хочет подставить меня? Так или иначе, есть один способ
  перевести эту беседу в более абстрактную, надо найти недостаток в самом
  издании, и вот сейчас-то я и решу, каким должен быть этот недостаток. Божена
  привела его в уже знакомую комнату, вынула из сейфа книгу, тек же, как в
  прошлый раз, зажгла лампу и положила книгу на шахматный стол. В дверном проеме
  стоял гестаповец с подносом, на котором стояли чашки с дымящимся кофе и
  вазочка с легким печеньем.
  "Несомненно, это любовник. В то время как все честные люди, эта