ческий ящик. Через какие-нибудь двенадцать минут он
  увидел в черной миндалине глаза руины Берлина и красный флаг над куполом
  Рейхстага. И в одно мгновение вся его жизнь потускнела и съежилась,
  рассыпавшись на многие тысячи мельчайших осколков. Обойдя стол, Гитлер сел в
  кресло, выдвинул ящик письменного стола и вынул из него маленький
  хромированный браунинг. Затем быстро, вероятно пугаясь самого себя, он закусил
  зубами ствол и выстрелил. А потом долгих два года страной управлял двойник,
  никто, муляжная кукла, благополучно сожженная во дворе Рейхсканцелярии
  специалистами советского МГБ.
  
  
  Глава тридцать седьмая.
  Новый Карп Силыч, успешно проглотивший старого Карпа, сидел в глубине гостиной
  комнаты и смотрел в окно. Снежинки, пролетая через холодное это воскресное
  утро, ложились на узкий подоконник, который со временем должен был
  превратиться в продолговатый сугроб. Сумрак позднего зимнего рассвета застал
  нового Карпа в крайне сложном положении. Завладевший его телом, фантом
  перестраивал сознание старого большевика. Возникшее из двух теперь уже единое
  существо находилось в состоянии смятения и полной неопределенности.
  Разрушенное до обломков сознание старого Карпа зондировалось новыми
  информационными потоками. И как бы с трудом пока ещ„ мыслящая часть старого
  Карпа пыталась вытолкнуть из головы события, которые никогда с ним не
  происходили. Фантом, представлявший интересы Нового Карпа, пущенный с силой и
  упорством никогда не ошибающейся руки, взламывал смысловую систему