глубина. Помимо двух этих предметов у старого
  Карпа был еще сын, рожденный вне брака, погибший в самом начале войны. И вот
  это тяжелое, скучное утро. "Я не помню, когда я встал, и ложился ли я вообще",
  - подумал Новый Карп, ощущая сильное черепное давление в области лба и
  затылка. Онемевшие руки и ноги едва повиновались ему. С большими трудностями и
  очень медленно оторвался Карп Силыч от кресла и подошел к окну. Перестал
  падать снег и теперь из бесконечной стальной голубизны в лицо ему светило
  белое и безжизненное солнце. Никогда ещ„ думы об одиночестве так сильно не
  донимали коммуниста Сироткина. Постояв какое-то время под лучами холодного
  солнца, Карп Силыч привел свои мысли в относительно логический порядок. Пока
  еще плохо подчиняющееся тело медленно пропутешествовало по квартире.
  Задержавшись в прихожей, тело его обратило внимание на ветхие, почти истлевшие
  лохмотья, лежавшие на полу. Тот старый Карп уже ничего не помнил. Теперь он
  только недоумевал: "Откуда взялась эта ветошь? Е„ место в мусорном ведре". И
  он, нагнувшись, сгреб в кучу буквальные останки фантома, с удивлением отмечая,
  как материал превращается в пыль. "Квартира моя плохо проветривается, вещи
  истлевают на вешалках". Зайдя на кухню, он расчистил подоконник от кактусов и
  растворил окно. Все утро и половину дня новый Карп чистил и убирал квартиру. И
  не мог объяснить себе Карп Силыч, но чувствовал он, что с этого момента все
  его тело начинает подчиняться пока ещ„ неведомой малопонятной цели. Открыв
  сразу