ей систему защиты. Она посетила Елоховскую церковь и
  приобрела десяток желтеньких свечек и несколько картонных икон с грозными
  неприступными ликами. Придя домой Тамара, окропила комнату святой водой,
  расставила иконы и зажгла свечи. Она, совершенно не знавшая никаких молитв,
  долгие несколько часов просила господа спасти ее. И действительно, после такой
  долгой молитвы мелодия флейты исчезла совсем. А потом много долгих ночных
  часов пролежала Тамара без снов, ожидая звонка от мужа, одновременно понимая,
  что он не позвонит, и так же понимая, что над всеми этими событиями витает
  образ маленькой негодяйки. В пятницу Тамара проснулась без десяти шесть, ее
  разбудила мелодия флейты. Молитва не помогла. Наверное, я делала это
  неправильно. Спустя несколько часов она уже приближалась к дому маленькой
  Лилит - Натали. До конца она так и не смогла объяснить и понять, что же
  произошло с ней. Сквозь неверие, через фантастичность и боль коротких
  отношений с призраком, к теплому Тамариному плечу прижималась маленькая
  надежда. И теперь, пересекая улицу, она испытывала смешанное чувство неприязни
  и любопытства. Медленно поднималась она по лестнице, ощущая боль в нарушенных
  лже-Давидом гениталиях. И уже почти дошла она до лестничной площадки, когда за
  дверью Лилит зазвучали фортепьянные аккорды той же мелодии, что играла флейта
  в руках восточного мальчика, сидящего у нее в голове. И с первых же
  фортепьянных аккордов Тамара ощутила страшную ни с чем не сравнимую зубную
  боль. Боль эта прошла