ю перспективу, пока, наконец, не наткнулся на
  холодную сталь колеи. Он шел через туннель, и ему было страшно. Внутри самого
  сна он сосредотачивался на мысли, что тоннель когда-нибудь кончится, и он
  пойдет по ровной дороге, которая приведет его к гостинице с обильной едой и
  мягкой постелью. Устав идти, он побежал, желая поскорее выскочить из тоннеля,
  но попал в яму. Пролетев некоторое время в темноте, он по пояс погрузился в
  горячую воду, почти в кипяток. Ощупав руками стены, он понял, что его со всех
  четырех сторон окружает мягкая глина. Тогда Николай уперся в стену ногой и
  попробовал выбраться, но соскользнул. На мгновение рука его задержалась на
  неровной стене и попала в углубление, внутри которого пальцы ухватились за
  что-то скользкое и холодное, похожее на застывшую резину. Ужас пробежал по
  спине Николая. Липкими пальцами ощупал он гутаперчивый выступ и понял, что
  перед ним находится замурованная в стенку человеческая голова. И в горячей
  этой темноте при постоянно увеличивающейся температуре ощупал он всю яму по
  всей окружности и понял, что пять лиц, смотрят на него мертвыми глазами,
  отыскивая в его лице или в сознании одну им известную точку. Все вокруг него
  было мягким и липким, и гутаперчивые лица покойников, и глина, по неровной
  поверхности которой двигались вниз тонкие теплые струйки. И перепачканный во
  всем этом кошмаре Коля поднес руку к лицу и по сладковатому запаху понял. Что
  это кровь. Однако ноги его стояли на каком-то твердом предмете, и тогда
  обследовав