в скафандр и шлем, нагруженный кислородными баллонами, он
  держал в руке охотничье копье с длинным наконечником; с пояса синэргиста
  свисал Потрошильный нож - чтобы вырезать сердце поверженного противника,
  принести его в купол, а затем съесть. Ничего не поделаешь, такая вот
  симпатическая магия. Маори желали, чтобы их правитель обладал дикой
  жестокостью мамонта, для чего, собственно, и устраивалась эта ежегодная
  королевская охота.
   - Смех да и только, - обреченно бурчал Уинтер. - При чем тут я,
  изнеженный землянин?
   Но бурчал он на маори.
   Местность оказалась очень неровной, похожей на лунную - каменные
  осыпи, сланцы, сланцевые глины, выходы изверженных пород, черный обсидиан
  - стеклоподобное напоминание о бурном вулканическом прошлом Ганимеда, в
  узких расселинах - тошнотворно-белесые клочья анаболических грибов, одного
  из немногих средств пропитания тех самых Мамонтов. (Дай жизни хоть один
  шанс из тысячи, она в него вцепится и не отпустит уже никогда.)
   Через час после выхода из купола Уинтер встретил первые следы
  Мамонтов, точнее не следы, а конические кучки помета. Ест мамонт
  непрерывно и столь же непрерывно испражняется.
   Двинувшись осторожно по следу, не совсем еще утвержденный король
  маори обнаружил, что след этот сливается с другими и выводит в конце
  концов к неглубокому кратеру, густо усеянному подобными кучками.