тых кассет, на
  полу - вороха старых статей, и, словно змеи, заждавшиеся Лаокоона и его
  сыночков, извиваются какие-то драные пленки.
   Ошарашенный и мрачный, Уинтер не стал распаковывать дорожную сумку и
  даже не переоделся - хотя лайнеры Алиталии не слишком-то знамениты своей
  чистотой. Вместо этого он вооружился бутылкой виски, уселся в гостиной на
  диван, закинул ноги на кофейный столик и принялся доводить себя до
  невменяемости - чтобы хоть немного очухаться. Вчера вечером он убил
  человека - впервые в жизни.
   Чаще всего поворотные моменты судьбы - это действительно моменты,
  события буквально секундные. Схватка, перевернувшая всю жизнь Уинтера,
  произошла в полумраке Центральных Садов купола Болонья и продолжалась три
  секунды. Он пришел сюда на свидание, но вместо опаздывавшей девушки из
  кустов выскочил здоровенный гориллоид со здоровенным же ножом - и вполне
  очевидными намерениями.
   Многолетние тренировки с детства отточили реакцию Уинтера. Он не
  противопоставил силе силу - как, видимо, от него ожидалось - а
  расслабился, упал навзничь, перекатился под ногами замешкавшегося от
  неожиданности противника и прыгнул ему на спину. Два удара коленом в пах,
  захват двумя руками правой - вооруженной - кисти, резко хрустнула ломаемая
  кисть - и правая сонная артерия гориллоида вспорота его же ножом. Все это
  - за какие-то три секунды свистящей тишины.