и штуками.
   То есть, с наркотиками, подумала Нина.
   - Нашим клановым тотемом был сом. - Папа грустно посмотрел на Нину.
   - - Не очень-то впечатляет, верно?
   - Не очень.
   - И я пытался найти свой личный тотем сам. Я надеялся, что это будет
  волк, медведь или орел - что-нибудь такое, о чем можно было бы рассказать
  людям, понимаешь? Или, если уж нет - если это оказалось бы что-нибудь не
  такое звучное для белого, - пусть уж хотя бы что-нибудь кикахское, например,
  лягушка, которая считалась особенно счастливой, или ворона.
   - И что ты нашел? - спросила Нина.
   - Ничего. Просто взвинтился и чуть было не потерял здоровье из-за всяких
  глупостей. Мне повезло, со мной ничего не случилось. Не то, что с некоторыми
  другими...
   Нина увидела, как неприятные воспоминания проносятся в глазах отца, и
  подумала, что он, должно быть, вспоминает какого-нибудь старого приятеля,
  который подсел или передознулся. Она никогда не могла понять, как можно так
  обращаться со своим здоровьем. Сама бы она в жизни не стала этим заниматься.
   Джон Карабальо покачал головой.
   - Ну, довольно об этом. Пора звонить в полицию.
   - Я могу доказать, что все это - сущая правда, - сказал Элвер, когда отец
  Нины начал вставать. - Я могу взять вас с собой в мой мир.
   Джон поглядел на него.
   - Не стоит. Даже если все, что ты говоришь, - правда, почему ты думаешь,
  что я принесу