ашумело точно так же, как от голоса
  Я-вау-тсе, но она не ощущала никакой угрозы от этих людей-зверей. Она
  смотрела на них с восторженным удивлением, заметив барабанчики, висящие на
  их поясах, пальцы, которые выстукивали по ним - сначала один начинал
  стучать, потом другой - простой ритм, стоявший в воздухе.
   - Вы тотемы, верно? - спросила Эш.
   Волчица молча склонила голову:
   - Мы ведем, - ответила она.
   - Мы наблюдаем, - сказал ястреб.
   - Мы грезим, - добавила лосиха.
   - Вы вмешиваетесь! - сказала им Я-вау-тсе.
   - Нет, - возразил сом. - Мы здесь для того, чтобы проводить тебя в твое
  долго откладывавшееся путешествие.
   - И для того, чтобы убедиться, что ты не возьмешь с собой тех, чье время
  отправиться с тобой еще не пришло, - добавил человек-черепаха.
   - Я не отправляюсь ни в какое путешествие, - отрезала Я-вау-тсе.
   - Посмотри на себя, - сказала зайчиха.
   Пока они говорили, мумификация продолжалась. От Я-вау-тсе осталась лишь
  сухая кожа, натянутая на кости. Глаза ее провалились. Губы истончились так,
  что почти исчезли. Она держала Нину рукой скелета.
   - Она обновит меня, - сказала она.
   Я-вау-тсе поднесла лягушку ко лбу, прижала маленькое существо к своей
  сухой коже и начала читать заклинание. Пальцы всех людей-зверей коснулись
  барабанчиков. От них взметнулась музыка - решительная, но радостная, ритм
  которой