ных, домах для бездомных и бог
  весть скольких еще группах по охране природы - в делах, которые Нина тоже
  считала важными делами. Но порою она мечтала, чтобы у них была обыкновенная,
  нормальная мебель, цветной телевизор в гостиной - свой маленький черно-белый
  она купила на деньги, заработанные сидением с детьми, на гаражной
  распродаже, - и для разнообразия как-нибудь можно было посидеть во дворе с
  прохладительными напитками и "горячими собаками".
  
  ***
  
   Но могло быть и хуже, думала Нина. Родители могли назвать ее Радугой или
  Облаком. Или ей могли достаться родители Джуди, которые уже сейчас
  подыскивали ей человека, за которого она выйдет замуж после школы. Пока Нина
  сама знала, что делает, родители предоставляли ей гораздо больше свободы,
  чем было у большинства ее знакомых ребят. Например, как вчера она не пошла в
  школу. Они не задали ей никаких вопросов - только обеспокоились.
   - Ты уверена, что сегодня сможешь пойти в школу? - спросила Нину мама
  сегодня утром за завтраком.
   Кухня было всецело в их распоряжении. Отец уже ушел на работу - он должен
  был быть на месте к семи, - а Эшли для разнообразия встала пораньше и тоже
  уже ушла. Мама собиралась в свою мастерскую возле рынка примерно к тому же
  времени, что и Нине надо было в школу.
   - Мне уже гораздо лучше, - ответила Нина.
   По крайней мере, сегодня этот сон ей не снился.