- Вперед! У нас будет серьезный тет-а-тет.
  
  ***
  
   У тележки Эрни они взяли чаю - Кэсси кинула в свою чашку пять ложек
  сахара. Эш просто остолбенела - она и забыла, как Кэсси любит сладкое. Но
  Эрни не забыл.
   Маленький смуглый кубинец вытащил со дна своей тележки медовый пирог, с
  которого капал мед, и протянул Кэсси.
   - У нас есть бисквиты, - сказала Кэсси, похлопав по толстой сумке.
   - Это тебе, - ответил Эрни, - домой. В честь возвращения.
   Кэсси рассмеялась.
   - Ну, если так...
   Эрни улыбнулся им ослепительной белозубой улыбкой, и они пошли.
   В глубине парка возвышался небольшой холмик, окруженный цветущими
  вишнями. На вершине стояли статуи сатира, играющего на свирели, и трех
  танцующих дриад. Это место называлось Сады Силена, и соорудил его богатый
  покровитель искусств из Кроуси в честь поэта Джошуа Стэнхолда. Скамейки
  здесь были из мрамора, такого же, как и тот, из которого изваяли статуи, а в
  воздухе, кружа голову, плыл густой аромат цветов.
   - Люблю это место, - сказала Кэсси, присев на одну из скамеек. - Когда я
  здесь, мне кажется, будто я спряталась от всего мира - не отрезана, не
  оторвана, а как будто весь мир тут, и я владею им. - Кэсси улыбнулась Эш. -
  Здесь хорошо поговорить.
   Эш кивнула.
   - Я тоже его люблю. Прихожу по вечерам иногда и сажусь, просто так,
  чтобы... ну, подумать, наверно.