ожно.
   - А, этот проклятущий агрегат! - фыркнул Крэбб.
   - Да, сэр. Итак, я готов начать наступление на Рича и компанию
  "Монарх" с целью собрать доказательства для старикашки Моза. Но прежде я
  хочу спросить вас откровенно: вы до конца нас поддержите?
   Комиссар Крэбб, ненавидевший и опасавшийся всех эсперов без
  исключения, побагровел и, как подброшенный пружиной, вскочил с кресла,
  сделанного из черного дерева и стоявшего за сделанным из черного же дерева
  столом, который красовался в его кабинете, сплошь отделанном черным
  деревом и серебром.
   - На что вы, черт возьми, намекаете, Пауэл?
   - Сэр, не ищите в моих словах тайного смысла, его нет. Я просто
  спрашиваю, не связаны ли вы каким-то образом с компанией "Монарх" и с
  Ричем? Не окажетесь ли вы в неловком положении, если мы припрем Рича к
  стене? Не может ли он в таком случае потребовать, чтобы вы открыли ему
  запасную дверцу?
   - Нет, черт бы вас побрал.
   "Сэр", - выскочил Фигли, - "четвертого декабря минувшего года вы
  обсуждали с комиссаром Крэббом дело "Монолита". Вот выдержки:
   "Пауэл: Случай довольно каверзный, комиссар. Я опасаюсь, как бы
  "Монарх" не обвел нас вокруг пальца".
   "Крэбб: Рич обещал мне этого не делать. А Бену Ричу я привык
  доверять. Он поддержал меня еще, когда я баллотировался на пост окружного
  прокурора".
   Цитата окончена".