, который шел влево от лифта, с наклоном вверх
  примерно в тридцать градусов. Пол был устлан брезентом. На потолке то
  вспыхивали, то гасли радоновые шарики. В коридор выходило много дверей,
  все без номеров.
   - Киззард! - крикнул Рич.
   Ответа не было.
   - Кено Киззард!
   Опять молчание.
   Рич побежал по коридору и где-то в середине наугад толкнулся в одну
  из дверей. За дверью оказалась узкая комнатушка, вся занятая овальной
  гидропатической кроватью. Рич споткнулся о край кровати и упал. Он пополз
  по пенистому матрасу к противоположной двери, толкнул ее и кубарем
  скатился за порог. Рич оказался на площадке лестницы, ведущей вниз к
  круглому холлу, в который выходило несколько дверей. Он торопливо сбежал
  вниз и остановился, шумно дыша и растерянно глядя на окружающие его двери.
   - Киззард! - закричал он снова. - Кено Киззард!
   Кто-то невнятно отозвался. Резко повернувшись, Рич бросился к двери
  и, распахнув ее, чуть не налетел на женщину с красными, как у альбиноски,
  глазами - результат пластической операции. Она ни с того ни с сего
  расхохоталась, потом подняла кулаки и ударила его по лицу. Растерянный, он
  заморгал, попятился и, наверное, нащупал ручку не той двери, через которую
  вошел, а какой-то другой, поскольку очутился теперь уже не в холле. Его
  ноги увязли в толстом и мягком, как стеганое одеяло, пластике. Рич
  растянулся