роны. Тот, что вышиб затылок Крэя де Куртнэ, все еще оставался
  на месте, прижатый ударником.
   - С Разрушением пока что можно погодить, - пробормотал Рич. - Дудки!
  Клянусь богом, вам до меня не добраться.
   Он сложил нож-револьвер и спрятал в карман. В это мгновение до него
  издали донесся смех... брюзгливый, поганенький смех. Это смеялся Киззард.
   Рич быстро направился к винтовой лестнице и, прислушавшись, пошел
  туда, откуда доносился смех. Он увидел нишу и в ней обитую плюшем дверь на
  медных петлях. Дверь была широко открыта. Рич вошел, держа наготове
  нейронный дезинтегратор с курком, поставленным на большое "С". Послышалось
  шипение сжатого воздуха, и дверь затворилась.
   Рич оказался в маленькой круглой комнате. Ее стены и потолок были
  обтянуты черным бархатом, но сквозь прозрачный хрустальный пол отлично
  можно было разглядеть будуар, находившийся этажом нимбе. Чука пользовалась
  этой комнаткой, чтобы наблюдать за посетителями "Парадиза".
   В будуаре в мягком кресле сидел Киззард, его невидящие глаза
  блестели, он держал па коленях Барбару де Куртнэ. На девушке было
  причудливое одеяние с блестками и большим разрезом. Ее желтые волосы были
  гладко причесаны, глубокие темные глаза смотрели безмятежно, она сидела
  смирно, не замечая грубых ласк крупье.
   Возле стены стояла маленькая увядшая женщина с измученным лицом. Это
  была жена Киззарда.