Верней, того, чего - свидетель бог - уже
  семьдесят лет никому не удавалось осуществить... Забытое искусство...
  Забытое, как алхимия, умение отворять кровь, делать операции с помощью
  скальпеля. Я верну людям смерть. Не жалкий акт уничтожения себе подобных,
  наскоро осуществленный в приступе ярости или безумия, а здравое,
  расчетливое, преднамеренное, хладнокровное...
   - Богом вас заклинаю, - прошипел Тэйт. - Осторожней. Убийство так и
  прет из вас.
   "Три, два, раз! А ну еще! Три, четыре - горячо..."
   - Вот то-то. К нам направляется один из эспер-секретарей. Он
  выслеживает тех, кто здесь без приглашения. Пойте дальше.
   Секретарь Марии, тонкий и стройный юноша, весь порыв, подстриженные
  золотистые волосы, лиловая блуза, брыжи с воланами.
   - Доктор Тэйт! Мистер Рич! Я немею. Буквально немею. Я не нахожу
  слов. Входите же! Входите!
   "Три, четыре - горячо..."
   Мария Бомон, рассекая толпу, тянулась к нему руками, глазами,
  обнаженным бюстом... пневматическая операция превратила ее тело в
  несколько преувеличенное подобие индийской статуи: раздутые бедра,
  раздутые икры, раздутые позолоченные груди. Будто раскрашенная фигура на
  носу корабля порнографии, подумал Рич... знаменитая Золоченая Мумия.
   - Бен, голубчик мой, - воскликнула она, заключая его в мощные
  пневматические объятия и прижимая к себе его