Рич! Вы меня
  знаете? Отвечайте же.
   Де Куртнэ снова помотал головой и указал на свое горло. Он опять
  зашевелил губами. Послышался какой-то хрип, и тихо-тихо, будто сыплется
  песок, зашелестели слова.
   - Бен... Милый Бен... Так долго ждал... А теперь... Не могу говорить.
  Горло... Не могу говорить.
   Де Куртнэ снова потянулся, чтобы обнять его.
   - Фу, черт! Отцепитесь от меня, идиот вы безмозглый!
   Рич надвинулся на него, ощетинившись, как хищник; убийство бурлило в
  его крови.
   Де Куртнэ с трудом выговорил:
   - Милый Бен...
   - Вы знаете, зачем я здесь. Чего ж вы голову мне морочите? Хотите
  обольстить меня? - Рич рассмеялся. - Ловкач. Неужели вы подумали, что я
  размякну от вашего маразматического хлюпанья?
   Он размахнулся и влепил де Куртнэ пощечину. Старик отлетел от удара
  назад и свалился в красное, как рана, кресло - лепесток багровой орхидеи.
   - Послушай, ты, - Рич подошел к де Куртнэ вплотную и, нагнувшись над
  ним, стал бессвязно кричать: - Я жду расплаты много лет. Я хочу получить
  чистоганом, а ты подсовываешь мне Иудин поцелуй. А может быть, убийцам
  тоже подставляют другую щеку? Если да, то обнимемся, брат душегуб.
  Облобызаем смерть. Возлюбим ее. Да пребудет на нас благочестие и позор, и
  кровь, и... Нет. Постой. Я...
   Он замолк и по-бычьи затряс головой; исступление давило его, как
  тугой недоуздок сдавливает шею