что
  это чудо. Мистер и миссис Росс думают, что я имею к этому какое-то
  отношение, они вроде бы слышали, как я говорил с Брайеном, потому-то он и
  очнулся, но ничего такого не было. Я лишь держал его за руку, а он
  пребывал в коме. С пустыми открытыми глазами. Словно покойник. Потому я и
  плакал. Думал, что он уже ушел от меня. Я не знаю, как это случилось, и
  мне без разницы. Брайен очнулся, и это главное.
   - Самое главное, дорогой. - Мать прижала его к груди.
   - Я голоден. Что у нас на ужин? - спросил Дэвид.
  
   3
   И теперь Дэвид завис в темноте, слепой, но не глухой, вслушиваясь в
  тишину в надежде услышать голос, тот самый, что преподобный Джин Мартин
  назвал тихим, спокойным голосом Бога. За последние семь месяцев
  преподобный Мартин не единожды внимательно выслушивал историю Дэвида.
  Особенно ему нравились воспоминания Дэвида о своих ощущениях во время
  разговора с родителями после звонка миссис Росс.
   - Ты вел себя абсолютно правильно, - заверил его преподобный Мартин.
  - В конце ты услышал не чужой голос и, уж во всяком случае, не голос
  Бога... С другой стороны, справедливо утверждение, что Бог всегда общается
  с нами через нашу совесть. Миряне, Дэвид, верят, что совесть -
  единственный цензор, средоточие моральных норм, но в действительности
  совесть отделена от самого человека, чтобы предлагать оптимальные решения
  в ситуациях, осознать которые тот