ешь смотреть на меня как должно? - спросил
  коп. - Никакой наглости во взгляде? Никакой непочтительности?
   - Нет! Никогда! - Джонни мог сейчас пообещать все, что угодно.
  Последние угольки сопротивления затухли. Стервятник полностью лишил его
  воли.
   - Ты обещаешь?
   Птица била крыльями, впивалась в куртку когтями, рылась клювом в
  волосах. И пахла как зеленое мясо и развороченные внутренности. Сидела на
  Джонни. Жрала его. Пожирала живьем.
   - Да! Да! Обещаю!
   - И хрен с тобой, - спокойно проговорил коп. - Хрен с тобой, _оз_
  _па_, и с твоим обещанием. Позаботься о себе сам. Или умри.
   Опустившись на колени и наклонившись вперед, Джонни на ощупь нашел
  те места, где крылья птицы соединялись с телом. Она пыталась вырваться,
  громко кричала и мотала головой из стороны в сторону. Всхлипывая главным
  образом от отвращения, Джонни оторвал одно крыло и швырнул стервятника в
  стену. Птица смотрела на человека черными, как вар, глазами, окровавленный
  клюв открывался и закрывался.
   _Это_ _же_ _моя_ _кровь_, _сволочь_ _ты_ _этакая_, подумал Джонни.
  Он отбросил крыло и встал. Стервятник, замахав единственным оставшимся
  крылом, двинутся к патрульной машине, но Джонни настиг его и сапогами
  размазал по асфальту, закрыв лицо руками, чтобы не видеть этой мерзости.
   - Неплохо, - одобрительно кивнул коп. - Ты с ним справился,
  приятель. А теперь посмотри на меня.
   - Нет. - Джонни стоял, дрожа и не отрывая