трывая рук от лица. - Посмотри.
   Голос требовал абсолютного повиновения. Джонни посмотрел. Коп стоял,
  подняв руку с растопыренными пальцами. Джонни вскинул голову. На стене,
  огораживающей стоянку с севера, сидели стервятники, не меньше двух дюжин,
  и смотрели на них.
   - Хочешь, чтобы я их позвал? - вкрадчиво спросил коп. - Ты знаешь, я
  могу. Птички - мое хобби. Если я захочу, они съедят тебя заживо.
   - Н-н-нет. - Джонни взглянул на копа и, к своему облегчению,
  обнаружил, что ширинка застегнута. А брюки в промежности покраснели от
  крови. - Нет, н-не надо.
   - А где волшебное слово, Джонни? Он не сразу понял, чего от него
  хочет коп. Потом до него дошло.
   - _Пожалуйста_.
   - И ты готов вести себя благоразумно?
   - Д-да.
   - Так ли это? - Коп словно говорил сам с собой. - Так ли?
   Джонни молча смотрел на него. Злость ушла. Ушло все, осталось только
  оцепенение.
   - Этот мальчик. - Коп смотрел на второй этаж здания муниципалитета,
  на окна с матовыми стеклами и решетками. - Этот мальчик меня тревожит. Не
  следует ли мне поговорить с тобой о нем? Может, ты мне что и посоветуешь.
   Коп сложил руки на груди и забарабанил пальцами по ключицам точно
  так же, как барабанил по рулю. При этом он не отрывал взгляда от Джонни.
   - А может, мне все-таки убить тебя, Джонни? Может, это наилучший
  вариант? Как только ты умрешь, тебя наградят Нобелевской премией, о
  которой ты так Мечтал. Что скажешь?