а угодил в западню.
  
   3
   Все у него получалось, пока дело не дошло до головы. Вот тут он и
  застрял. Щека Дэвида была прижата к полу, челюсть вдавлена в намыленный
  горизонтальный прут, а затылок - в вертикальный. Охватившая его паника
  черной пеленой застлала глаза. Дэвид слышал вопли отца, крики женщины,
  рычание койота, но звуки эти доносились как будто издалека. Голова
  застряла, он должен возвращаться в камеру, только вот сможет ли, ведь одна
  рука оказалась под ним...
   _Господи_, _помоги_ _мне_, подумал Дэвид. Не взмолился, просто
  подумал в испуге. _Пожалуйста_, _помоги_ _мне_, _не_ _дай_ _застрять_,
  _пожалуйста_, _помоги_.
   _Поверни_ _голову_, приказал ему голос, который он иногда слышал. Не
  приказал, а, как обычно, бесстрастно посоветовал, словно считая
  достаточным сам факт того, что слова произнесены. И, как обычно,
  прозвучали они не в ушах, а в мозгу.
   Перед мысленным взором Дэвида возник образ: руки, давящие на книгу с
  двух сторон, сжимающие страницы, хотя на книге уже был переплет. Получится
  ли так же и с головой? Дэвид понадеялся, что получится. Но сначала надо
  занять правильную позицию.
   _Поверни_ _голову_, сказал голос.
   За спиной Дэвида что-то затрещало, потом послышался голос
  Маринвилла, удивленный, испуганный и сердитый одновременно: "Ты хоть
  знаешь, сколько это стоит?"
   Дэвид извернулся, чтобы лечь на спину.