бить?
   - Вы поняли ваши права? - повторил механический голос.
   Питер открыл рот, но с его губ не сорвалось ни звука. Тогда коп
  повернулся к ним. Лицо его, розовое от солнца, побледнело. Глаза чуть ли
  не вылезали из орбит. Он прикусил нижнюю губу, словно пытаясь подавить
  приступ ярости, и кровь тоненькой струйкой потекла по подбородку.
   - _Вы_ _поняли_ _ваши_ _права_? - проревел коп, не отрывая от них
  глаз, забыв о том, что автомобиль несется по дороге со скоростью семьдесят
  миль в час. - _Вы_ _поняли_ _ваши_ _гребаные_ _права_ _или_ _нет_?
  _Поняли_ _или_ _нет_? _Да_ _или_ _нет_? _Да_ _или_ _нет_? _Отвечайте_
  _мне_, _умненькие_ _нью_-_йоркские_ _евреи_!
   - Я понял! - вырвалось у Питера. - Мы оба все поняли, только следите
  за дорогой. Ради Бога, следите за дорогой!
   Коп с бледным лицом и кровью, текущей по подбородку, продолжал
  смотреть на них сквозь металлическую сетку. "Каприс", подавшийся было
  влево, на полосу встречного движения, теперь возвращался на свою полосу.
   - Обо мне не волнуйтесь. - Голос копа вновь зазвучал дружелюбно. -
  Незачем волноваться. У меня глаза на затылке. По правде говоря, у меня
  глаза везде. Вам следует это хорошенько запомнить.
   И он резко отвернулся от них, сбросив скорость до пятидесяти пяти
  миль в час. Сиденье, на котором сидел коп, еще сильнее придавило колени
  Питера.
   Он взял руку Мэри в свои. Она прижалась лицом к его груди, и он
  чувствовал