том уверен, мы не перевернемся". Но эта уверенность появилась у него
  лишь после того, как он почувствовал, что их больше не тащит в сторону.
  Коп удержал "каприс" на дороге. Теперь они мчались по узкой полосе
  асфальта, на которой не было разделительной линии.
   Еще миля, и они проехали большой щит с надписью: "ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!
  ЦЕРКОВНЫЕ ОБЩИНЫ И ОБЩЕСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ БЕЗНАДЕГИ ПРИВЕТСТВУЮТ ВАС".
  Питер смог прочитать начальные слова "ЦЕРКОВНЫЕ ОБЩИНЫ И ОБЩЕСТВЕННЫЕ
  ОРГАНИЗАЦИИ", хотя кто-то и закрасил их желтой краской из пульверизатора.
  Той же краской этот кто-то написал корявыми буквами: "ДОХЛЫЕ СОБАКИ".
  Снизу следовал список церковных общин и общественных организаций, но
  читать его Питер не стал. На щите висела мертвая немецкая овчарка. Ее
  задние лапы на дюйм или два не доставали до земли, потемневшей от крови
  собаки.
   Руки Мэри впились в Питера. Он наклонился к ней, вдыхая нежный
  аромат духов, смешанный с тяжелым запахом вызванного страхом пота. Питер
  коснулся губами уха жены.
   - Не говори ни слова, не произноси ни звука, - прошептал он. -
  Кивни, если поняла меня. Мэри чуть кивнула, и Питер снова выпрямился. Они
  миновали трейлерный парк [Стоянка с передпижными домами, установленными на
  постоянном месте, к которым подведены инженерные коммуникации (водопровод,
  канализация, электричество), для сдачи внаем малоимущим.], обнесенный
  деревянным забором. Большинство передвижных домов, видимо,