то ли кленовый сироп, заливало одну
  щеку. Эллен смотрела на него, один ее глаз был широко раскрыт, а второй
  буквально исчез под огромным "фонарем".
   Крики. Где-то. Женщина. Внизу. Может...
   Ральф попытался встать, но колени не желали выпрямляться. Он упал с
  кровати, на которой сидел (только это была не кровать, а койка), на руки и
  на те же колени. Вновь боль пронзила голову, да такая, что на мгновение
  Ральф подумал, будто она сейчас расколется, как куриное яйцо. Потом он
  посмотрел на свои руки, посмотрел сквозь упавшие на глаза волосы. Руки обе
  были в крови, но левая куда краснее правой. Глядя на них, он внезапно все
  вспомнил
   (_Кирстен_ _о_ _Господи_ _Элли_ _держи_ _ее_)
   И закричал сам, закричал, глядя на свои окровавленные руки,
  закричал, потому что память услужливо подсказала ему то, о чем он пытался
  забыть, уйдя на дно. Кирстен упала с лестницы...
   Нет. _Ее_ _столкнули_.
   Этот безумец, который привез их сюда, столкнул с лестницы его
  семилетнюю дочь. Элли бросилась за ней но этот ненормальный ублюдок ударом
  кулака сбил ее с ног. Однако Элли просто упала на ступени, а Кирстен
  полетела вниз, широко раскрыв изумленные глаза. Она даже не поняла, что
  происходит, подумал Ральф. Он верил, отчаянно хотел верить, что все
  произошло слишком быстро и девочка ничего не почувствовала. Кирстен
  ударилась о лестницу, ее ноги сначала оказались выше головы, потом ниже, и
  тут раздался этот ужасный