р, не говоря уже о наглом, угрожающем тоне,
  настолько не соответствовал образу матери, запечатленному в памяти Дэвида,
  что он просто зашагал дальше. Не мог не зашагать. Мамми шла по его следу.
  Да, Мамми медлительна, но Дэвид смекнул, что это одна из уловок, с помощью
  которых Мамми настигала свои жертвы: пользовалась своей древнеегипетской
  магией, создавая препятствия на их пути.
   - Держись от меня подальше! - закричала разлагающаяся лжемать. -
  Держись от меня подальше, не то я превращу тебя в камень во рту бога!
  Станешь _кан_ _тахом_ в _кан_ _таке1
   - Тебе этого не сделать, - спокойно ответил Дэвид. -И ты не моя
  мать. Моя мать вместе с моей сестрой на небесах, у Бога.
   - Глупость какая! - вознегодовал оборотень. В горле у него
  клокотало, как у копа. Изо рта вылетали кровь и зубы. - Надо же такое
  сморозить. Твой приятель, преподобный Мартин, смеялся бы над этим битый
  час, если бы ты подносил ему виски и пиво. Правды в этом не больше, чем в
  рыбах и лошадях Биллингсли! И не надо убеждать меня, что ты в это веришь.
  Ты же умный мальчик. Не так ли, Дэйви? Даже не знаю, смеяться мне или
  плакать! - Оборотень злобно улыбнулся. - Нет никаких небес, нет никакой
  загробной жизни... для таких, как мы. Только боги, _кан_ _тахи_, _кан_
  _таки_, могут...
   Внезапно Дэвид понял истинную цель этой лекции - задержать его.
  Задержать, пока Мамми не догонит и не задушит его. Он шагнул к этой твари,
  выдававшей