больше банок, чем мы
  думали, только и всего.
   Джонни, однако, вспотел. Точно так же, как иной раз потел во
  Вьетнаме Не от жары, хотя там было жарко, и не от страха, хотя там он
  боялся всегда, даже когда спал. Пот вышибало осознание того, что ты
  находишься не в том месте, а в это время хорошие люди могут найти свою
  погибель, потому что делают то, что им одним не под силу.
   В голове Джонни зазвучал голос старого пьяницы. Он, похоже, после
  смерти стал куда более разговорчивым. _Если_ _б_ _не_ _мальчишка_, _ты_
  _бы_ _сейчас_ _сидел_ _в_ _камере_, _не_ _так_ _ли_? _Или_ _умер_. _Или_
  _в_ _тебя_ _вселился_ _бы_ Тэк. _И_ _ты_ _его_ _бросил_.
   - Если б я не отвлек койота своей курткой, Дэвид давно бы умер, -
  возразил Джонни. - Отстань от меня, старый дурак.
   Он заметил молоток, лежащий на верстаке у стены.
   - Хочу задать тебе один вопрос, Джонни, - раздался в его ушах голос
  Терри, и он остолбенел. - Когда именно ты решился заключить сделку со
  страхом смерти, согласившись на полный отказ от настоящей жизни?
   Голос звучал не в его голове, Джонни мог в этом поклясться. Говорила
  Терри, висящая на стене. Не похожая на нее женщина, не мираж, не
  галлюцинация, а Терри. Если б он заставил себя повернуться, то увидел бы,
  что голова ее поднята, а не свисает на плечо. А смотрела бы она на него
  так, как это бывало, когда он давал маху. С бесконечным терпением, потому
  что Джонни Маринвилл постоянно