изрядно
  осипший. Если бы не дьявольский водоворот событий последних восьми или
  десяти часов, она могла бы подумать, что Эллен просто сильно простыла. -
  Подожди, Мэри! Я хочу пойти с тобой! Я хочу увидеть Дэвида! Мы пойдем к
  нему вместе!
   - Пошла к дьяволу, - прошептала Мэри и зашагала к гребню холма.
  Борясь за каждый вдох. Потирая бок, который резала нестерпимая боль. Она
  побежала бы, если б могла.
   - Куда же ты, Мэри? - В голосе лже-Эллен звучала насмешка. - Тебе от
  меня не уйти, дорогая, и ты это знаешь!
   Гребень казался таким далеким, что Мэри заставила себя не смотреть
  на него, она наклонила голову, не отрывая глаз от дороги. Когда голос
  вновь позвал ее, Мэри показалось, что он прозвучал ближе, то есть лже-
  Эллен сократила разделявшее их расстояние. Мэри попыталась прибавить шагу.
  Дважды она упала, прежде чем добралась до гребня, причем второй раз
  приложилась так крепко, что драгоценные секунды ушли сначала на то, чтобы
  подняться на колено, а потом на то, чтобы постоять, приходя в себя. Ей
  очень хотелось вновь услышать голос лже-Эллен, но та молчала. А Мэри не
  решалась оглянуться. Боялась того, что может увидеть.
   В пяти ярдах от гребня она все-таки оглянулась. Лже-Эллен отставала
  на двадцать ярдов, ее широко раскрытый рот напоминал воздухозаборник. При
  выдохе изо рта летели брызги крови. Блуза уже насквозь промокла. Лже-Эллен
  увидела, что Мэри смотрит на нее, скорчила зверскую рожу, вытянула руки